Хруммса (hrummsa) wrote,
Хруммса
hrummsa

Categories:

"Вы меня неправильно поняли..." (с)

Этот пост пишу в ответ на просьбу Хелканарэ написать о своих интересах подробнее. Пока что расскажу об одном из упомянутых. О психолингвистике.
Сразу хочу предупредить, что тем, кому нужна научная информация, можно дальше не читать, поскольку я не являюсь специалистом в данной области и могу писать только о том, что лично мне интересно в этой науке. А также высказать какие-то свои мысли на заданную тему и своё отношение к проблемам, связанным с психолингвистикой.




Сам термин «психолингвистика» я узнала сравнительно недавно, но, если учесть, что практически любой мой «пожизневый» интерес так или иначе соприкасался с предметом изучения психолингвистики, можно с уверенностью сказать, что эта область языкознания никак уже не могла пройти мимо моего внимания.

Начну я издалека, чуть ли не с 1917 года. :) А именно – с детских лет. Так получилось в жизни, что с русским языком у меня сложились очень тёплые отношения. Читать я научилась быстро, писать тоже, причём почти без ошибок, не заучивая правил. Одним из самых серьёзных испытаний для меня был экзамен по русскому языку, так как правил я не знала, и их пришлось-таки учить. С литературой, как предметом, для меня проблем почти не существовало, за исключением изучения произведений советских классиков по школьной программе. Они мне были неинтересны и скучны. Что касается сочинений, то это было одно из любимейших занятий.
Помимо особого интереса к литературе, как в качестве читателя, так и в качестве сочинителя, очень скоро проявилось и то, что я называю «чувством языка». Разумеется, что в пору, о коей я рассказываю, это чувство не осознавалось. И ещё очень долго пребывало в «неосознанном» состоянии.
Под «чувством языка» я понимаю способность к построению фразы таким образом, чтобы она звучала не только красиво и грамотно, но и максимально доходчиво доносила информацию. Развивать эту способность я начала также в детстве и совершенно неосознанно. Когда мне нужно было выучить урок, особенно связанный с устным изложением материала, я прибегала к игре «в учителя». Учителя для самой себя. То есть, представляла себя преподавателем, которому надо объяснить непонятное для ученика.
Значительно позже эти тренировки получили воплощение в виде написания шпаргалок, коими пользовались, по иронии судьбы, все, кроме их автора. Так случалось, что мне всегда доставался билет, шпаргалки на который у меня не было. :)
В пору студенческую, уже обучаясь в ВУЗе, я заболела особой болезнью – переделкой учебников, так как изложение в них материала казалось мне неудобным и запутанным. Выражалась сия болезнь в том, что я писала подробные конспекты, излагающие материал учебника таким образом, чтобы лично мне было всё понятно и максимально облегчало усвоение материала. Кто учился в медицинских ВУЗах, не дадут мне соврать, что учить там приходится очень и очень много. После выпускных экзаменов, мои конспекты перекочевали к приятельнице, которая только стала первокурсницей. Позже она сказала: «по твоим конспектам учится вся группа, мы почти не открываем учебников». Само по себе это было приятно слышать, но именно тогда ко мне пришло осознание, что я умею доходчиво объяснять. И что если я смогла что-то объяснить понятно для себя, то это, скорее всего, будет понятно если не всем, то довольно большому количеству людей.
Далее по жизни сложилось так, что в сферу моих рабочих обязанностей вошло написание методических материалов и чтение лекций для людей, не имеющих медицинского образования, которые должны были, в свою очередь, доносить до других людей информацию медицинского содержания. Так началась работа по переводу с медицинского языка на русский. В ходе занятий также пришла уверенность в том, что даже изложение учебного материала не должно быть «сухим». На сегодняшний день я по-прежнему уверена в том, что когда учебник написан «вкусно» и занимательно, то усвоение информации происходит намного быстрее и легче.
Это связано, на мой взгляд, с тем, что обучение лучше всего происходит в игре, а занимательный учебник – это тоже игра, где учитель исполняет роль рассказчика, а ученик – слушателя или зрителя. И тут не имеет значения возраст обучаемых. Ибо не только дети лучше учатся в процессе игры. Не случайно практически все модные ныне тренинги построены по игровому принципу. Потому что при обучении важно не только содержание и объём материала, но и степень его усвоения. Выслушать и прочитать можно много, но ведь главное для обучающегося – понять и запомнить как можно больше, а не прочитать и выслушать как можно больше.
Разумеется, что обучение, восприятие информации и её усвоение тесно связаны с предметом психолингвистики и, можно сказать, что именно они подготовили почву для живейшего моего интереса к изучению этой области языкознания.

Само название науки ясно даёт понять, что в ней сочетаются две области знания о человеке: психология и лингвистика. Чего тут больше – трудно сказать. Мне лично кажется, что больше психологии. Эта наука завоёвывает всё большее пространство, и уже немало новых дисциплин и терминов имеют приставку «психо»: психосоматика, психотерапия, психофизика, психофизиология, психосоциология, психомоторика. Не обошлось без психологии и в языкознании. Это было закономерно, поскольку языкознание напрямую связано с психической деятельностью человека, в частности – с мышлением и речью. Но также и с бессознательным компонентом психики.
Особый интерес вызвали у меня идеи немецкого учёного Вильгельма фон Гумбольдта и его концепция о языке, как выразителе духа народа. «Язык есть как бы внешнее проявление духа народа: язык народа есть его дух, и дух народа есть его язык, и трудно представить себе что-либо более тождественное», писал Гумбольдт. Значение он придавал не только тесной взаимосвязи языка и мышления, но и взаимосвязи языка народа и его мировоззрения. То есть, по мнению Гумбольдта, именно со структурой языка конкретного народа связано его мировосприятие и мировоззрение. Поэтому различие в языках является не просто различием в звучании, в грамматике и знаках письменности, но и различием в мировоззрении.
Например, можно сравнить следующие слова в русском языке и, допустим, в английском: род, роды, родина, родник, народ, природа, родные, родственники. В русском языке все эти слова однокорневые и имеют тесную взаимосвязь не только во внешней речи, но и на подсознательном уровне. А в английском языке почти все эти слова разнокорневые и потому «разобщены» в миропонимании носителей языка.
Этот раздел психолингвистики тесно связан с этнолингвистикой.
Также Гумбольдт полагал, что язык представляет собой один из важнейших компонентов культуры народа, и является наиболее бессознательным, по сравнению с другими её проявлениями. Кроме того, он полагал, что язык, обладает массой противоречивых свойств, что он принадлежит не только народу в целом, но и каждому отдельному человеку. И связывал это свойство с особенностями и проблемами коммуникации, поскольку говорящий и слушающий, воспринимая какой-то один предмет или явление, вкладывают в одно и то же слово не совсем один и тот же смысл, а зачастую – и совершенно разный.
Эта особенность коммуникации тесно связана с процессами мышления и соответствующим разделом психофизиологии и психологии. Поскольку восприятие речи имеет свои законы, определяемые правополушарной и левополушарной деятельностью мозга, и связаны с образным и абстрактным мышлением. Когда человек слышит, например, слово «огонь», то он непременно «увидит» этот огонь, вернее – его образ, хранящийся в правом полушарии. И образ этот может весьма различаться у разных людей, кто-то увидит костёр, кто-то пожар, кто-то факел, кто-то свечу, кто-то газовую горелку. При восприятии абстрактных понятий, таких как долг, честь, добро, зло, радость, печаль, право, вина и т.д., возникает уже целый ассоциативный ряд, связанный с личным жизненным опытом и объёмом информации по данному вопросу.
Отсюда часто возникают проблемы при коммуникации. Изучением именно этих проблем занимается та область психолингвистики, что непосредственно связана с восприятием речи и особенно – речи письменной.
И вот тут я хочу вернуться к названию топика. Выбор названия не был случайным, поскольку расхожая фраза «Вы меня неправильно поняли», часто используемая как в непосредственном, так и в сетевом общении, может, конечно, быть и полемическим приёмом, но по сути своей отображает главный вопрос, которым занимается психолингвистика – это восприятие речи. Намного реже встречается фраза «Видимо, я не понятно говорю». Она намного более корректна по отношению к собеседнику, но также по сути своей выражает одну из главных проблем человеческих взаимоотношений.
В психолингвистике, разумеется, есть и другие области исследования, но все они так или иначе связаны с восприятием и пониманием информации, передаваемой посредством речи. Есть ещё поэтическая, философская и очень красивая формулировка проблем психолингвистики – «нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся».
Предугадать, действительно, почти не дано, поскольку, как я писала выше, каждый из нас имеет свои взаимоотношения с родным языком, и, несмотря на то, что мы используем одни и те же слова, понимаем мы их зачастую очень по-разному.
Особенно это становится актуально в сетевом общении, когда собеседник лишён возможности наблюдать и воспринимать невербальные знаки (жесты, интонацию, мимику) в речевом общении. Когда перед глазами текст и только текст, разве что смайлики немного могут помочь.
Те же самые специфические процессы восприятия имеют место при прочтении текста, как такового. И если чтение учебного текста проходит под знаком волшебного слова «надо» и степень верности его восприятия обусловлена только желанием читателя, уровнем его базовых знаний и качеством изложения информации, то с текстом художественным дело обстоит намного сложнее. Изучением этого процесса психолингвистика занимается особенно плотно. Феномен разности восприятия одного и того же текста, по мнению учёных, обусловлен не только тем, что человек по-разному воспринимает слова и понятия, но также и особенностями личности самого читателя. Здесь мне лучше привести цитату:

«Понимание текста – это процесс перевода смысла этого текста в любую другую форму закрепления. Это может быть процесс парафразы, пересказа той же мысли другими словами. Это может быть процесс перевода на другой язык. Или процесс построения образа предмета или ситуации, наделённого определённым смыслом. Или процесс формирования личностно-смысловых образований, лишь опосредованно связанных со смыслом исходного текста. Или процесс формирования эмоциональной оценки события.

В связи с вышесказанным целесообразно ввести понятие образа содержания текста. Это сам процесс понимания, взятый с его содержательной стороны.

Образ содержания текста принципиально динамичен. Он не есть, а становится, и лишь в постоянном становлении – его бытие.

Восприятие текста подчиняется общим закономерностям восприятия, и образ содержания текста есть тоже предметный образ. Его предметность – особого рода, но принцип остаётся незыблемым: мы оперируем с самого начала с тем, что стоит за текстом. Что же стоит за ним? Изменяющийся мир событий, ситуаций, идей, чувств, побуждений, ценностей человека – реальный мир, существующий вне и до текста (или создаваемый воображением автора текста, но столь же реальный, если не более реальный, для читателя).
Содержание текста принципиально полифонично, оно имеет множество степеней свободы. Оно многоаспектно, стоящий за ним мир может быть увиден и осмыслен реципиентом по-разному, в зависимости от того, что он хочет увидеть, с какой целью и с какой установкой он «всматривается» в текст.
Вернёмся к степеням свободы в содержании текста.
Несомненно, что каждый читатель «вычитывает» из текста несколько разное содержание. Однако, воспринимая текст по-разному, мы не строим различные миры: мы по-разному строим один и тот же мир. Этот мир мы можем видеть в разных ракурсах, с разной степенью ясности, можем видеть фрагмент вместо целой картины.
Есть предел числу степеней свободы, и этот предел и есть объективное содержание или объективный смысл текста, или его концепт.
Естественно, тип текста предполагает различную форму обязательности такого концепта. Чем больше данный текст ориентирован на определённый узкий способ понимания, тем более однозначна его интерпретация. Таков, в общем случае, научный текст и особенно учебный. Школьный учебник почти не имеет степеней свободы, во всяком случае, сегодняшний школьный учебник, поэтому-то его развивающая функция минимальна.
И последнее. Мы можем воспринимать как целое предметный мир только при условии, что в нём есть что-то постоянное, опорные элементы, отображённые в нашем сознании в виде образов «низшего порядка» - образов предметов и ситуаций, константных по сравнению с образом мира. Чтобы образ мира изменялся (а он существует только в изменении), в нём должно быть что-то относительно неизменное». (А.А. Леонтьев «Основы психолингвистики»).

Сложность и многозначность восприятия художественного текста обусловлена тем, что именно у этого типа текста наибольшее число степеней свободы. Помимо этих степеней свободы существует личность читателя, которая тоже меняется. Нам всем хорошо известен феномен «нового прочтения» старого знакомого текста. То, что в юности казалось нам очень интересным или, напротив, скучным, по прошествии какого-то времени меняет знак. Мы читаем знакомый текст как бы заново, и заново открываем для себя какие-то новые грани в произведении, которых раньше не замечали.

В связи с вышеизложенным, конечно, не могу не вспомнить и о сетевых словесных баталиях «на тему» с попытками (почти всегда безрезультатными) доказать "правильность" своего восприятия. :)
После знакомства с предметом психолингвистики мне стало более интересно читать о восприятии других, поскольку это тоже своеобразная дверца во внутренний мир тех, с кем общаешься. Но одновременно стало всё менее интересно спорить, хотя иногда я позволяю втянуть себя в дискуссию. Однако теперь это длится очень недолго. :)
Ровно так же бесполезны попытки доказать правильность восприятия автором (любым) собственного сочинения. Поскольку автор - тоже человек :) Как это ни комично звучит. И у автора тоже существует свой внутренний мир, ценностные установки, характер, наконец. Словом, всё то, что существует "до текста и вне его".
Никогда и ни у кого пока ещё не получилось понять художественный текст точно так же, как его понимает автор. Просто потому, что автор и читатель - разные люди. Да, есть раздел языкознания, занимающийся проблемами авторской интенции. Но вследствие такого препарирования, в котором всё равно будут погрешности (всех граней авторской личности и её подсознательных реакций не постичь), мы лишь можем узнать – что именно автор хотел нам сказать. Вот, мы узнали, но это никогда не означало того, что читатель, узнав об авторской интенции, непременно обязан согласиться с автором, его мировоззрением, ценностными приоритетами и предпочтениями. Помним о специфике восприятия художественного текста и особенностях ассоциативного ряда. Знание авторской интенции не обязывает читателя воспринимать художественный текст в соответствии с авторской позицией. :)

Поэтому мне кажутся уже очень странными сторонники однозначного восприятия текста (в авторском варианте), которые не только претендуют на «правильность» собственного понимания, (забывая, что всё равно как у автора не получится), но и буквально предписывают всем читателям – что понимать текст надо только так и больше никак. То есть, хотят добиться того, чего в принципе невозможно осуществить. Ведь текст уже прочитан, уже воспринят и уже сосуществует с личностью читателя сам по себе. И попытка разделить этот тандем кончается либо выходом из дискуссии, когда один из полемистов понимает её бесполезность, либо бесконечным холиваром.

Я полагаю, что однозначное восприятие текста нужно как раз в сетевом общении. Вот где необходимо особенно тщательно подходить к тому, что пишешь и как пишешь, необходимо учитывать специфику текстового общения и тщательно выяснять позицию собеседника, уровень его информированности и как он трактует те или иные понятия, чтобы как можно реже посещало нас желание написать в ответной реплике: «Вы меня неправильно поняли».

Такая вот психолингвистика. :)

Tags: заказное, умности
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments